Рекламно-информационный портал

Категории

Уважаемые посетители сайта! Будем благодарны Вам за оперативно высказанные мнения о наших авторах и публикациях.

Предлагайте темы. Задавайте вопросы.

 

12 09 2018Красное знамя

ГЕОФИЗИКИ, РАЗВЕДЧИКИ, СОЗИДАТЕЛИ!

Так получается, что компания «ТомскГАЗПРОМгеофизика» живет и здравствует уже второй век, ведь родилась она еще на исходе минувшего ХХ века, в лихие 90-е, когда год работы можно было считать за три, а выживали очень немногие. Тем удивительнее, что компания начиная с нуля, с одного кабинетика и штата на 14 человек, не только выжила, но буквально за несколько лет сумела стать одним из самых мощных геофизических предприятий сибирского региона. В год 20-летнего юбилея создатель и генеральный директор ООО «ТомскГАЗПРОМгео-физика» Владимир ИЗОТОВ готов поделиться рецептами успеха – и вспомнить все:

-Рождение нашей фирмы напрямую связано с принятием Газовой программы Томской области. А это случилось как раз на историческом и экономическом переломе, когда очень значимая для области «Восточная нефтяная компания» была продана «ЮКОСу». В конце 90-х были созданы Востокгазпром, его «дочка» Томскгазпром. Руководителям – Сергею Жвачкину, нынешнему губернатору области, и его тогдашнему первому заместителю Владимиру Емешеву - нужно было претворять Газовую программу в жизнь. А нефть и газ, как известно, находятся на кончике долота буровика. Надо было разбуривать Мыльджинское и Ново-Васюганское месторождения, и газовики обратились к «ЮКОСу», как обращались в прежние времена к ВНК или «Томскнефти». Однако «ЮКОС» заломил цены, в 5-10 раз превышающие существовавшие тарифы. И эта ситуация проецировалась не только на бурение скважин, но и на строительство дорог, строительство баз. Перед новой газовой компанией стояла серьезная дилемма, и было принято решение: развивать собственные сервисные предприятия. А сервис - это буровики, строители, дорожники, транспортники, геофизики. Так как и Жвачкин, и Емешев хорошо знали меня по работе в городе Стрежевом, где я последние годы возглавлял ОАО «Томскнефтегеофизика», то мне предложили взяться за новое дело по тому же геофизическому профилю.
- Для вас это было лестное, интересное предложение?
- Вообще-то я закончил политехнический по специальности «Поиск и разработка нефтяных и газовых месторождений». Работал в нефтеразведке, бурении, в том числе и главным геологом предприятий. Никогда не рвался в первые руководители, но под нажимом Леонида Филимонова, бывшего министра нефтяной и газовой промышленности СССР, мне пришлось в одночасье из геолога превратиться в геофизика и возглавить крупное предприятие. Однако после продажи ВНК отношения с руководством «ЮКОСа» у меня тоже не сложились. У нашего предприятия была задолженность по зарплате в 9 месяцев, а «ЮКОС» налоги не платил, в лучшем случае закрывал их всякого рода зачетами. Тяжелые очень были времена, знаю факты, что на некоторых северных предприятиях геологов отправляли в длительные отпуска, они собирали клюкву, продавали ее, меняли – и только за счет этого выживали. Перспективы никакой не видел, и после тысячного коллектива решил возглавить небольшую фирму «ТомскГАЗПРОМгеофизика» в 14 человек.
- А то, что ваше предприятие начиналось с одной комнатки в переулке Совпартшкольном, - это легенда или быль?
- Ну почему же легенда, так и было. Только комнаток было две или три. Начинали действительно с нуля: не было ни техники, ни оборудования, все приходилось брать в аренду. Но уже тогда было достигнуто, считаю, главное – наш небольшой коллектив состоял исключительно из энтузиастов, преданных своей специальности, опытных профессионалов, прошедших проверку геологоразведкой и работой в нефтяной отрасли.  Это такие люди, как Михаил Александрович Сергеев, Герман Евгеньевич Ткачев, Владимир Иннокентьевич Зимин. Было изобилие идей и большое желание работать. И уже на Мыльджинском месторождении мы себя проявили. Удалось успешно решить сложные технические задачи, подтвердить высокую квалификацию. А дальше продолжался наш профессиональный рост и развитие предприятия.
- Тут нужно, наверное, сказать о специфике работы геофизиков?
- Простое сравнение: когда приходишь в больницу, тебя обязательно просветят и прослушают, а потом поставят диагноз. Так и у промысловых геофизиков. Наша компания специализируется на проведении геофизических исследований как нефтяных, так и газовых скважин: изучаем физические, химические, электрические, радиоактивные и другие свойства пласта. Эти работы проводятся как в процессе строительства скважин, так и в период эксплуатации. Считается избитым штампом, но геофизики действительно являются глазами и ушами нефтяников и газовиков.
Причем у газовых скважин есть свои особенности, технологически они на порядок сложнее нефтяных, так как давление свыше до 200 атмосфер на устье. А так как мы начинали с работы со сложными газовыми скважинами - освоить нефтяную специфику не составило большого труда. Зато теперь компания выполняет весь спектр промысловых геофизических исследований нефтяных и газовых скважин – и в строительстве, и в эксплуатации. А это обычно удобно для заказчика, ведь они разрабатывают нефтяные и газовые месторождения.
- Как все же удавалось молодой, новой и не слишком многочисленной фирме конкурировать с солидными компаниями?
- Конкуренцию с нашими коллегами, у которых были и коллективы, и базы, и кадры, мы выиграли по той простой причине, что у нас были аккумулированы и опытные геологи, и опытные геофизики. И этот симбиоз был более самостоятельным и более адаптированным к сложным условиям Томской области. Мы изначально ориентировались на автономные точки, где нет дорог, подъездных путей – почти как в песне: только вертолетом можно долететь.
В своем стартовом 1998 году мы выполнили заказов на 12 миллионов рублей, затем за 10 лет нарастили объемы в 50 раз и достигли цифры в 600 миллионов. Сейчас годовой объем – под миллиард, а работает в коллективе уже около 500 человек. Добавлю для ясности, что структурно мы никогда не входили ни в «Востокгазпром», ни в «Томскгазпром», являемся самостоятельным предприятием. И если начинали мы работу с одним подрядчиком и на него молились, то теперь у нас уже порядка 20 подрядчиков. Мы ведем или вели работы не только в Томской области, но и в Новосибирской, Кемеровской, Тюменской, Иркутской областях, Красноярском крае и Республике Казахстан.
- Владимир Михайлович, в любом случае для того, чтобы так значительно увеличить количественный состав предприятия, нужно где-то брать качественные кадры, а ведь на их отсутствие в геофизике сейчас жалуются многие предприятия?
- На первом этапе было, наверное, проще. Томская область, где я работаю с 1978 года, конечно, очень большая, но земной шар, как оказалось, круглый, и все друг с другом пересекаются. И я многих знал, и меня знали. Люди ко мне пошли, зная, что со мной можно работать. А люди на севере – надежные, проверенные. Потом мы уже делом доказали, что работаем профессионально, прилично вкладываем в развитие производства и достойно оплачиваем труд. Это тоже привлекает. И считаю, что нам удалось собрать лучшие геофизические силы области, сливки геофизики из уже несуществующих сегодня предприятий.
- А как быть с молодежью?
- В свое время мы наладили сотрудничество с кафедрой геофизики ТПУ, а несколько лет назад подписали соглашение о стратегическом партнерстве и с самим политехническим университетом. Как мы шутим, у нас есть «право первой ночи», и мы постоянно берем 5-7 лучших ребят с третьего курса на практику, потом  4-5 студентов с четвертого курса, а в итоге к нам после окончания вуза приходят три-четыре молодых специалиста каждый год. Мы их отслеживаем, ведем. Бывает, они уходят в другие геофизические предприятия, потом возвращаются к нам. Вот, например, нынешний главный инженер Александр Береза, которого мы воспитали в коллективе, затем ушел в разработчики, в другую структуру, а потом вернулся к нам. Считаю, что он тем самым повысил свой профессиональный уровень, стал более высококвалифицированным специалистом. Конечно, как в любом коллективе, происходит естественный отбор. И будь ты хоть семи пядей во лбу, но если у тебя нет определенных качеств, ты не сможешь работать с коллективом. На сегодняшний день, считаю, у нас сложился такой мощный костяк - профессиональный, высокообразованный, с определенным набором человеческих качеств. И этот костяк теперь воспитывает, поддерживает молодых ребят в таком же духе. Большую роль играет исполнительный директор Павел Казанцев, он ведет производственную программу.
Конечно, не все бывает гладко, и ругаемся иногда, но это, кстати, обычно идет на пользу дела, так как не имеет под собой какой-то личной подоплеки. Слава Богу, самые отвратительные, с моей точки зрения, человеческие свойства – предательство и зависть – здесь просто не живут. И если вдруг такие люди сюда попадают, то быстро отсеиваются. А в продолжение разговора о решении кадровой проблемы могу сказать, что  мы построили собственный учебный центр.
- Зачем же вам создавать свой учебный центр, если у вас есть договор с ТПУ?
- Это соглашение обеспечивает нам специалистов с высшим образованием. Но кто у нас сейчас готовит рабочих? Была же разрушена система ПТУ, техникумов, и рабочее звено вообще выпало из системы обучения. Сегодня таких важных для геофизики специалистов, как оператора, каротажника, машиниста подъемника, – никто не готовит, их днем с огнем не найдешь! В нашей отрасли взрывников обучают только в одном центре – в Башкирии, в Октябрьском. Чтобы обучить этих специалистов, мне нужно 3-4 человека оторвать от производства, купить им билеты, оплатить проживание в гостинице, питание и саму учебу. Через 1-2 месяца они возвращаются, а затраты на каждого человека доходят до 300 тысяч рублей. А у нас и собственный опыт, и квалификация местных кадров позволяли это делать самим. Еще одна актуальная задача - обучение персонала в сфере промышленной безопасности и охраны труда. Мы безопасности уделяем самое серьезное внимание.
Поэтому мы выстроили новое здание, создали учебный центр, оснащенный самым современным оборудованием. Благодаря ему можно даже транслировать лекции и лекционные материалы в удаленные конференц-залы, обучать дистанционно. Помимо того есть библиотека с учебными пособиями, обучающими видеофильмами, муляжами для оказания первой помощи и разрезными моделями прострелочно-взрывной аппаратуры. А главная гордость – преподавательский состав. Лекции читают опытнейшие специалисты, известные профессора. К примеру, отдельный курс ведет знаменитый среди томских нефтяников, газовиков и геологов человек – Владимир Мангазеев, член-корреспондент Российской академии естественных наук, почетный доктор шотландского университета.
Правда, и здесь не обошлось без дополнительных трудностей. Руководит учебным центром Михаил Сергеев, который в геологии прошел огонь, воду и медные трубы, имеет опубликованные труды. Его книга по ликвидации аварий и инцидентов в нефтяных и газовых скважинах является фундаментальной, и вся нефтяная Тюмень завалила нас заявками по этому изданию. Но оказалось, что этот опытнейший специалист не имеет права преподавать в учебном центре, так как не получил педагогического образования. Пришлось получать его на ускоренных 3-летних курсах. Не буду углубляться в другие сложности, скажу лишь, что, преодолев начальный этап (а расходная часть на старте всегда велика, потом она будет раскладываться на годы), учебный центр уже вышел на режим самоокупаемости, практически окупил затраты и имеет очень хорошие перспективы.
- А каковы перспективы самой компании?
- Мощности у нас есть и на больший, чем сегодня объем. К тому же мы не уподоблялись тем ребятам, которые видели только тонны нефти, прибыль и ничего больше. Мы постоянно вкладываем средства в развитие производства. На сегодняшний день это порядка 200 миллионов рублей. Но есть и объективные проблемы, общие для всей геофизической отрасли. Во-первых, существующая система тендеров несовершенна, она не дает предприятию инициативы для развития. Сегодня заказчик редко соглашается на договоры сроком более одного года. А что значит для геофизиков договор на один год? Ведь нужно создать какую-то базу, иметь какую-то социальную программу для работника – он же не будет в палатке у костра жить. Должен и какой-то аппаратный цех быть, а все приборы ныне достаточно дорогостоящие. К примеру, мы взяли APS, так называется прибор для проводки ствола скважины, а он стоит по нынешним ценам 800 тысяч долларов. К сожалению, приобрести его можно только за рубежом, ибо в свое время все махнули рукой на приборостроение, авиацию и многое другое – мол, мы все купим. А сейчас приходится все это восстанавливать, но времени упущено слишком много и отставание велико. Раньше, когда я работал главным геологом СУБРа, у нас программа составлялась на пять лет вперед.
Геофизику в России тоже необходимо развивать. При современных ценах наши компании не смогут создать приборы, позволяющие конкурировать с  западными компаниями по освоению шельфа и сложнопостроенных месторождений. Государство должно принять геофизические сервисные компании под свое крыло. В бытность Советского Союза была государственная программа: мы бурили разные скважины – опорные, параметрические, оценочные, поисковые, разведочные… И не каждая скважина должна была обязательно дать нефть. Но зато они выполняли роль научную, геологическую, и с их помощью мы получали представление о новых нефтегазоносных районах. Так, в частности, были открыты возможности нашего правобережья Оби и глубоко залегающих палеозойских отложениях. Считаю, что  то и другое принесет немало приятных сюрпризов. Сейчас почему-то ударились в шельфовую нефть. Шельф – это, конечно, нужно, но это сегодняшний день, а надо смотреть в завтра и послезавтра. Все равно мы к этому вернемся.  У нас, к примеру, в Якутии нефти немеряно, но надо вкладываться, чтобы ее изучить и добыть. Поэтому, считаю, что необходима для России  государственная программа. Я, как геолог, убежден: бурить надо, в геологии нет бесполезно пробуренных метров.
- Вы говорите, что немало вкладываете в развитие производства, а как в компании решаются социальные вопросы?
- Боюсь, моя точка зрения покажется непопулярной, но я считаю, что отправлять летом за счет компании детей сотрудников в летние лагеря отдыха или выделять несколько путевок в санатории – это не настоящее решение социальных задач. По-моему, все социальные вопросы должны решаться за счет повышения заработной платы всему коллективу. У нас чуть ли не узаконено было, что мы ежегодно увеличиваем зарплату на 10 процентов. А куда уж будет человек тратить деньги – пусть решает сам: на детский сад, учебу или на отдых. Единственное, если у человека случилась беда, потеря близких - то мы обязательно помогаем. Ну и еще детишкам на Новый год подарки хорошие делаем.
И, естественно, мы постоянно заботимся об улучшении условий труда: все экспедиции обеспечены современными комфортными вагончиками, где есть все, чтобы люди могли нормально отдохнуть после трудного рабочего дня.
- Тем более что техникой необходимой они тоже, видимо, обеспечены?
- Это уж само собой. У нас только каротажных подъемников – порядка 50, а есть еще автобусы, краны, тракторы, самосвалы – более 100 единиц техники. Я уж не говорю про компьютерное оборудование. Помню, когда приходил в геофизику, был всего один компьютер на все предприятие, без программных продуктов, без всего – кусок железа. Сейчас у нас их более 600. Сегодня мы вооружены спутниковой связью и можем с любой точки передать информацию заказчику. Имеем возможность прямо на буровой или другом производственном объекте установить оборудование и в режиме онлайн передавать видеосигнал заказчику, чтобы он все видел своими глазами. В этом плане сделана большая работа.
А залог успехов в том, что у нас очень сильный, высокопрофессиональный коллектив, 75 процентов –  с высшим образованием. Я благодарен очень многим людям. Кто-то из заслуженных работников уже ушел на пенсию – Владимир Зимин, Александр Гаак, Валерий Бродский и другие, но мы по-прежнему всегда рады общению с ними. До сих пор работают Владимир Пастушенко и  Андрей Севервальд, которые в геологии прошли все. Им на смену приходят новое молодое поколение геофизиков, готовое подхватить эстафету. Это Ренат Сулейманов, Михаил Абросимов, Денис Дерксен, Александр Доронин, Петр Ефремов. Хочется отметить  таких людей, как главный бухгалтер Александр Дингин, у которого за 20 лет работы было, наверное, 100 налоговых проверок – и ни одного замечания, или начальника кадрового отдела Марину Потаенкову – она душа коллектива. Да, они не геофизики, но работают в нашей компании с первого дня и внесли свой серьезный вклад. Вообще, я могу практически весь коллектив называть, но мы сделаем это в день празднования юбилея, 14 сентября. Кстати,  на нашем предприятии есть такое понятие, как заслуженный работник.  Оно присваивается людям, которые проработали  по 10-15 лет, не изменяя профессии и выбранному коллективу. Таких людей мы будем награждать серебряным и золотым значком геофизика – и к каждому значку будет материальное подкрепление, по 5 и 10 процентов к окладу, соответственно.
- Владимир Михайлович, если подводить юбилейную черту: чем вы, помимо созданного коллектива, особо гордитесь за эти 20 лет работы?
- Я горжусь тем, что руковожу современной геофизикой в Томске. Для этого построил новое здание, создал удобные рабочие места для людей, нормальные условия для труда. У нас, кстати, есть еще отличный восстановительный комплекс с прекрасным тренажерным залом, сауной, бассейном, бильярдом и прочим. Есть на территории спортивная площадка, причем два дня в неделю мы отдаем ее ребятишкам. Гараж хороший сделали – там всегда чистота и порядок. Может, поэтому люди от нас не хотят уходить. (Улыбается.) Текучести кадров практически никакой. Должен сказать, что вообще по натуре люблю строить. Потому что, когда человек перестает строить и созидать – он перестает развиваться.
Сергей СИМОНОВ.

комментарии
Имя
Комментарий
2 + 2 =
 

634029, Томск,

пр. Фрунзе, 11-Б